smsSMS
phone8 938 014 68 33
mailmagaslife@gmail.com

Строки в которых живет правда

« Назад

09.08.2016 15:50

      Имя литератора Абаса Матиева хорошо известно читателям нашей республики. В 2015 году он порадовал нас своим новым произведением - романом «Аьттув». Знают его и как человека труда, который любит землю и удивляет нас своими диковинного размера фруктами и овощами, за которые в Москве на выставках награждался дипломами и грамотами. Но сегодня мне, как читательнице, от всей души хочется поблагодарить его за трудоёмкий, кропотливый труд – за сборник  поэтических произведений о выселении репрессированных народов в 1943 – 1944 годы, составителем которого он является. Также хочу выразить слова благодарности всем тем, кто оказывал ему помощь при составлении и издании этого сборника. Впервые за более чем 70 лет февральской депортации, у нас в республике вышла книга, ёмкая по содержанию и по объёму. В сборник вошли стихи и поэмы более 120 авторов. Название книги «Бехке доаца кхаьра («Невиновная среда»). В ней голосом поэзии звучит Правда о трагедии высланных народов.             Абас Матиев в своём стихотворении «Невиновная среда» подчёркивает, что ни среда, ни праздник в день выселения «В день праздника беда больнее бьёт» (Салих Гуртуев),  не виновны в трагедии народов, а: «Бехке бараш – къиза хьийзараш, /СССРа хьакимаш. /Сталин, Берия хьалха волаш, /Нах Iазапе кхийлараш». Сегодня мы можем открыто писать об этом. Мы можем сказать: «И жаждой мести мы горели». (И. Куркиев). А могли ли мы опубликовать такие строки сразу после возвращения на Кавказ и годами позже? В 60-е годы XX века, когда в альманахе «Лоаман 1уйре» («Утро гор») был опубликован первый ингушский роман о депортации ингушского народа «Золотые столбы» Саида Чахкиева, заместитель заведующего отделом агитации и пропаганды КПСС Чечено-Ингушетии на тот момент Э.И. Лин в своём отзыве «По поводу романа Саида Чахкиева «Золотые столбы» резко выступил против автора, который осмелился вложить в уста одного из героев романа слова: «Виноваты и те, что лишили нас родины. Но погоди, придёт время…» «Это отдается призывом к какой-то мести, иначе толковать эту фразу нельзя», – с возмущением писал Э.И. Лин. Видимо, он, окажись на месте изгоев, за ужас привнесенных бед поблагодарил бы власть. За то, что лишили родины, отняли все, унизили, оболгали, отобрав право на всё, оставив единственное право, на что тогда не было наложено табу для вайнахов: им было разрешено умирать и, в основном, без могил. «Буран вязал нам саван белый, /И трупы стыли без могил. /Нас гнули, били и ломали, /Что было выше всяких сил…». Далее в своём отзыве Э.И. Лин пишет: «Такие настроения в республике не единичны. Они были высказаны в литературной стряпне осужденного завуча школы Кодзоева, студента Хашагульгова, они проявились в анархических криках молодого артиста Мамилова, требующего, чтобы советская власть рассчиталась за 13-летнее выселение. Они особенно ярко проявились в статье студента литературного института А. Костоева «Молодые поэты мужают», в которой он пишет, что горы не прощают обид, что нельзя прощать 1944 год». Каждый из них, как и весь ингушский народ, хотел одного, чтобы до конца восторжествовала справедливость. Они не носили в себе ненависть на «штыках кончиков». Все вышеперечисленные идеологом люди были цветом и совестью ингушской интеллигенции, которым было от 20 до 30 лет. Они открыто осмелились тогда сказать своё слово против беззакония. Такие высказывания в ту пору были наказуемы. Это была запретная тема, и хотя после XX съезда партия сказала: «Советский народ должен знать правду», политика умалчивания продолжалась. Ибо был бы ещё тогда раскрыт политический, интеллектуальный и духовный геноцид над изгнанными со своих земель народами. «Едва развеяна будет ложь, – отвратительно откроется нагота насилия», – писал А.И. Солженицын в своей работе «Нобелевская лекция». Роман Саида Чахкиева «Золотые столбы», который стал откровением в ингушской литературе, запретили к изданию. Следом была усилена цензура за его творчеством. Его стихотворение «Казахстан» было опубликовано в урезанном виде. Все строки, которые касались выселения, были изъяты цензурой. Иссу Кодзоева за цикл рассказов «Казахстанский дневник», в основу которого легли случаи из жизни вайнахов после депортации в Казахстан, осудили на 4 года. Такая же участь постигла и Али Хашагульгова за стихи, в которых он обвинял Сталина в трагедии ингушского народа. Приведу несколько строк одного из тех стихотворений. Называется оно «Саг», в котором автор подчёркивает, что жизнь ингушского народа по вине тирана стала похожа на высохший чёрный цветок.  «ДIай – хьай лехкаш заман михо, /Йоацаш бокъо, мукъле, нийсхо, /Ураотта боацаш низ… /Из зиза санна вусар саг /Сталин доал деш волча хана». Ингушский народ, который преданно всегда служил России, народ, который, как один, встал на защиту Советской власти, оказался в одночасье «предателем», и весь был подвергнут депортации. Великий русский полководец Александр Васильевич Суворов говорил: «Страшны только те раны, что наносят свои». И рана, нанесенная советской властью своему народу, до сих пор до конца не заживает. Об этом пишет поэт Карачая Азрет Акбаев в стихотворении «Вера». «Эти раны – они живучи, /Ветру времени неподвластны. /Эти раны живут в глубинах /Человеческого сознанья». В старину ингуши говорили, нельзя уходить далеко от башни – будет холодно. Но не по своей воле народ расстался со своими башнями; его насильно оторвали от них. Вот как пишет об этом поэт А.- Г. Угурчиев в стихотворении «Вай къина делхар лоамаш»: «Шалон хьакхаьчай, 1и тувсаш ба яьй, /Мича буг ца оалаш бугаш ба дай... /Вай къина делхаш да Наьна лоамаш, /Вай къина елхаш я Тирка талг1енаш, /Ма боккха ба хьо тхогара бала, /Хьо оарцаг1валахь, ва Веза Даьла...». А вот строки из стихотворения «Черные дни» чеченского поэта Мусы Гешаева: «Нас всех приказом выгнали с призреньем /С родной вайнахской обжитой земли. /И как животных в скотские вагоны /Грузили в тот военный трудный год, /За что наказаны в то время были горцы, /В чем провинился перед Родиной народ?» Русский поэт Иван Минтяк в строках из стихотворения «Возвращение огня» с гневом и возмущением выступает против тех, кто пытается облить грязью вайнахский народ:  «- Это ложь! Воды чистейшей ложь! /Только ложью горы не зальешь...» - восклицает поэт.             Невозможно забыть вайнахскому народу тот страшный день на станции, когда под дулами автоматов загоняли в  вагоны: «…Всюду крики, плач и стоны. /Всё смешалось: грязь и вещи. /Дрожь прошла по всем вагонам. /Поезд тронулся зловеще… /…Захлопнув двери на засовы, /Людей сковали там в оковы. /И понеслось людское горе /Через необъятное поле... И погнал товарняк наш народ  …Из теплого края, из теплой постели /В суровые зимние стужи, в метели… Черные колеса поезда с грохотом и скрежетом неслись по бесконечной ленте промерзших рельсов, по просторам необъятной страны в неведомый для ингушей и чеченцев край. …Немые башни вслед стонали, /И эхо не смолкало с гор, /Пока отсталых добивали, /Расстреливая их в упор…» Изгнанные из своих домов народы были сродни верблюжьей колючке, перекати-поле, так ее еще называют в народе, которую, вырвав с корнем, гонит жестокий ветер по пустыне не известно куда, пока ее не остановит на пути какая-нибудь преграда. Этой преградой для «врагов народа» должен был стать конечный пункт назначения, где по своей «величайшей милости» власть соизволила им поселиться. По пути от невыносимых условий и голода умирали люди, и, в первую очередь, старики и малые дети. Вчитайтесь в строки стихотворения Сулумбека Аушева «Мехка бала беса ди». «Дагадоаг1ий хьона, нани, /Наькхах даьлла з1амига бер, /Берилг дузо шура йоацаш, /Моцалла цун чукхийтта кер?» И еще строки «…Нана, дагавоаг1ий хьона, /Моцалла венна илла к1аьнк…». Эти строки не требуют комментариев. Слова боли, сочувствия и гнева звучат в стихотворении Светланы Анисимовой «Февраль метлой повертывал…». «А дети болели в пути, /И женщины тяжело рожали. /Не люди, а чисто скоты, /На горе людском наживались. /И мертвых бросали на снег, /И еле живых добивали…» О тяготах, которые пришлось перенести ингушским женщинам в эти трагические годы, пишет поэтесса Марьям Льянова в стихотворении «Ингушским Мадоннам». «Косил вас голод черною косой, /«Врагами» злые языки клеймили, /А вы, прижав детей к груди пустой, /Слезами их солеными кормили!» А сами женщины, став изгоями, от невыносимых условий, которыми давила власть на депортированные народы, ужесточая новыми указами, или умирали, или быстро старились и седели. «…И быстро, мама, поседели твои косы. /Тревога за детей, тоска по дому, слезы. /Соседи, родственники, новые друзья /Серебряной женщиной называли тебя». Были случаи, когда женщины, не находя выхода из этого ада, сходили с ума. «Было! С ума сходили /От великой беды народной! /И с растрепанными волосами /По пустынной земле метались /Наши матери, наши сестры…» (А. Акбаев) Народный поэт Калмыкии Давид Кугультинов, который юность свою «встретил за тюремною стеной», только «За то, что я посмел, хотя б отчасти /Судить в стихах жестокий произвол…» - писал в своих воспоминаниях, что в годы высылки его старая бабушка, обезумев от голода, поедала из печки золу. Дорога, обагренная кровью, слезами и трупами, была до того долгой, что всем казалось, что их никогда не выпустят из этого проклятого вагона. Состояние детей, особенно маленьких, было еще более удручающим. Они, загнанные в этот душный, темный вагон, искали выхода, бились о его стены, натыкались на вещи, мешки, на людей, которые, скорчившись, спали на полу, так как выпрямиться во весь рост они не могли, не было места. Вагон, который больше напоминал клетку, был набит людьми более чем под завязку. Дети, не понимая, почему их не выпускают, плакали. Объяснить почему, за что, взрослые не могли, потому что и сами не ведали. Наконец поезд остановился и ехавшим объявили, что они доехали до пункта назначения. Люди с облегчением вздохнули, надеясь на что-то лучшее, чем этот адский вагон. Перед изгоями предстала бескрайняя, немереная, безжизненная степь, без единого дерева, покрытая глубоким снегом, словно белым саваном, с жалобными, завывающими, переходящими в резкий свист звуками суровой степной вьюги. Эти звуки прошибали душу и сжимали всё внутри. Они еще более усиливали безысходную скорбь. В них как будто слышалось рыдание человека, и это рыдание было и в их душах. Большая часть вайнахов попала в Северный Казахстан. Это был криогенный край. Помню в 70-е годы 20 века на экраны нашей страны вышел художественный фильм «Белорусский вокзал», в котором звучала песня на слова Булата Окуджавы. В ней были такие слова: «Здесь птицы не поют, /Деревья не растут…», которые живо мне напомнили Акмолинскую область Северного Казахстана. «…Акмола, о Акмола, /Белая могила, /Под холодным саваном /Ты нас хоронила. /Выли и стонали /Снежные метели /Не было страшнее, /Жестче той постели…» Перед приездом изгоев здесь была проведена соответствующая «пропаганда», грязная и лживая, что все ингуши и чеченцы – предатели и  головорезы. С такой рекламы со стороны власти началась новая «жизнь» спецпереселенцев. И естественно недружелюбно был встречен вайнахский народ. «Казахстан, са Казахстан! /В1аший дувца да вай дукха… /О, цхьан хана сардам баьхар хьона, /Гоама яр са наха хьо. /Хьа лаьтта хетар даьсса. /Казахстан, са Казахстан! /Бала бар вай в1ашаг1техар. /Ц1аккха довнзар денал деха /Лоамаш санна хилар ч1оаг1а» (Саид Чахкиев). О беззакониях, которые творила власть на местах поселения вайнахов пишет поэт Дауд Хамхоев в стихотворении «Фу диссад ца гуш» «Бехке боацаш дукха боахкар, /Набахте чубехка, /Коменданто бахьан лохар /Г1алг1а д1ачуволла». Даже дети были унижены и оболганы. Об этом красноречиво говорят строки из стихотворения «Раны» поэта А. Акбаева. «Нашим детским сердцам усталым /Каждый день наносились раны, /«Вы – изменники! Вы – бандиты!» /Слышал я это многократно. /Грязь бросали в глаза ребенку, /И глаза наполнялись болью». Но к народам Кавказа, у которых был хорошо развит культ воспитания, где детям с детства вкладывают такие понятия, как эхь-эздел, у живущих там людей, через некоторое время менялось отношение. Русские, украинцы и другие народы, которые сами по воле злой судьбы были заброшены в эти края, чем могли, помогали, или дружески поддерживали спецпереселенцев. Многие становились добрыми, преданными друзьями на всю жизнь. О таких друзьях, об их заботливом и трогательном отношении к памяти умерших без могил, звучат строки из стихотворения «Кустанаю» поэтессы Лейлы Тамасхановой: «Редкие сосны качают могилки, /Тех, кто не в саване к Богу пришли, /Ветры ковыльные треплют цветочки, /Русские женщины их принесли». А вот строки из стихотворения «Прощание с Азией» Абдурашида Азиева: «… Мне подали дружески руку /И казах, и киргиз, и узбек». И депортированные люди ценили их доброту и были им благодарны. Это благодарение звучит в строках стихотворения «Я помню Казахстан…» талантливого поэта Гирихана Гагиева: «Неделю хлеба нет, /И нам кулек муки /Принес казах – сосед. /… И печка холодна, /Украдкой плачет мать… /Но помню я еще: /Соседка Джамиля /В наш старый, стылый дом /Внесла ведро угля… /Я буду помнить ввек, /Всем бедам вопреки, /Тот уголь золотой, /И тот кулек муки!»   Словами благодарности к казахскому народу проникнуты стихи многих поэтов, опубликованные в этом сборнике. Это стихотворение Магомеда Льянова «Сулейманов Олжасага», в строках которого звучат такие слова: «Воша хилар тхона /Хьа эздийча халкъах, /Фусам, й1овхал, безам /Цо тхона делар…»  А вот куплет из стихотворения поэта Бориса Харсиева «Память февраля». «Мы с тобой навсегда, Казахстан, /Край земли, где разбросаны кости, /Страшных лет выселенья, обман, /Веру во власть зарывали в курган, /На песчаном твоем, на погосте».   Здесь вы прочтете благодарение казахскому народу Султана Мерешкова. В строках стихотворения «Казахстан, 1а бехк ма баккха…», он благодарит весь казахский народ: «Казахстан, кхойтта шера хьайца баьха, /Мехках даьннача халкъий къонгащ /Даькъала бийца накъабахарах».             В сборник «Бехке доаца кхаьра» вошли стихи ингушских поэтов старшей генерации, которые уже с конца 50-х и начала 60-х годов обращались к теме депортации. В те годы свои произведения им приходилось писать в завуалированном виде.             В числе первых, кто обратился к этой теме, был Х.- Б. Муталиев, который не только отразил ее в стихах, но и был одним из инициаторов и участников движения за восстановление попранных прав ингушского народа.             В 1958 году в Грозном в числе первых выходит поэтический сборник Джамалдина Яндиева «Горская песня», куда вошли два его известных стихотворения. Это «Горсть земли» и «Всадник».             В 1959 году вышел сборник Капитона Чахкиева «Нана Наьсаре», куда он включил стихотворение «Ека, са стих!», написанное им еще в июне 1956 года.             В 1959 году вышел сборник художественных произведений молодых ингушских писателей «Къона дегаш» («Молодые голоса»), в нем было опубликовано несколько коротких стихотворений поэта Юсупа Чахкиева на тему выселения. Автор во время ссылки в Казахстан был арестован и провел годы в сталинских концлагерях. После смерти Сталина был освобожден. В стихотворении «Казахстане» поэт пишет о трагических днях в годы депортации, где он потерял близких родных. «Ткачевка, Ткачевка, /Хьа лаьтта д1абехкаб /Са да, нана, са бераш. /Цар боарз д1абайнаб, /Юхейиса лар а йоацаш». После возвращения на Кавказ, как и многих ингушей, писателя не впустили в свой дом в с. Базоркино. О своих перипетиях, когда он захотел зайти в свой отчий дом, и как его встретили «новые хозяева», поэт правдиво описал в стихотворении «Хьакхарч лел са коарча бай т1а»: «Хьакхарч лел са коарча бай т1а, /Да а хинна х1ире вах, /Валийтац со цо коа т1а, ий т1а, / Цун ж1али а сога 1ах. /Б1арг тохийтац сога, /Ваьча, кхийнача ковнах, / «Хьо х1ана хьеж укх са ц1енга? /Д1аг1о, д1авала «дас» сога йоах».            

       В 1961 году в грозном выходит поэтический сборник «Стихаш» Ахмеда Ведзижева. В стихотворении «Са хьамсара лоамаш» поэт пишет, что его никогда не покидали мысли о родных горах: «З1амгача бера наьна шура сана /Шуцарча безамо дег1а низ бенна, / Ло1амца, уйлаца дог шуца долаш, /Ваьхав со даима са хьамсара лоамаш».  В 1963 году у Ахмета Ведзижева в альманахе «Лоаман 1уйре» 2 («Утро гор») выходит рассказ «Орден». Это был первый рассказ в ингушской литературе на тему депортации ингушского народа.  В 1965 году поэт Хамзат Осмиев обратился к теме выселения, к трагедии в истории ингушского народа, и написал стихотворение «Даймохк дагаухар сона», ставшее позже популярной песней. «Мехках ваьнна арахьа лелаш, /Моллаг1а х1ама дайча, /Се цу мехка волаш санна, /Даймохк дагаухар сона» – пишет поэт в своих строках. В 1968 году Солман Озиев заканчивает работу над поэмой «Новкъа б1аргадайнар (Безам), а в 1988 году из-под его пера выходит новая поэма «Тамаш яр», которая была опубликована в газете «Сердало» 23 июня этого же года. Обе эти поэмы посвящены теме депортации ингушского народа. Они полны чувством неугасаемой любви к своей малой родине. Народ верит, что он вернется домой к своим очагам древней культуры. На страницах книги «Невиновная среда» вы встретите поэтические произведения литераторов среднего поколения.   В 1960 году Саид Чахкиев, еще будучи студентом литературного института, пишет триптих о журавлях. В одном из этих стихотворений есть строки, от которых щемит сердце: «Прогоняет злое лихо /Из родимого гнезда… /Долго-долго, тихо-тихо /Проплывает череда. /Если птиц утешить  нечем, /Чтоб им в голос не рыдать, /Как мне с сердцем человечьим, /Бедным сердцем совладать?» В 1962 году выходит его поэтический сборник «Журавли», куда были включены эти строки. Тема депортации – сквозная в творчестве Саида Чахкиева. Ей посвящены роман, повесть, рассказы и более 10 стихотворений. В книге «Бехкедоаца кхаьра» опубликованы стихи М.-С. Плиева, который на тему депортации написал первый в ингушской литературе роман-хронику в стихах «Балан ди» («День скорби»), которому, как вспоминал сам автор, он посвятил всю свою жизнь. Роман вышел в свет в 1991 году и стал значительным явлением в ингушской литературе. Любовь к Родине, сила притяжения и тоска по ней, генетическая связь с родной землей предков, мечта о возвращении на родину, ни на миг не покидала изгоев. Они жили этой верой. И как высок поэт Муса Албогачиев, когда он пишет такие поэтические строки, воспевая свою любовь к малой родине: «Кавказ… О, дай хоть раз /Обнять тебя за солнечные плечи. /Ведь столько лет мечту о нашей встрече /В душе лелеял я, Кавказ. /Как жаждал я горячим сердцем /Прижаться к сердцу твоему. /Сугроб холодный обнимал, /В лицо свирепому бурану: /Кавказ… О, Родина моя… /Шептал замерзшими губами…» В 2012 году у Мусы Албогачиева вышла в свет повесть «Пустырь», которая повествует о трагических последствиях депортации 1944 года. В книге «Невиновная среда» опубликованы стихи поэта, классика балкарской литературы Кязима Мечиева, которого великий Кайсын Кулиев считал своим учителем и называл его «Золотая свирель моих нагорий». Кязим Мечиев, все время своего изгнания с родной земли, не переставал думать о своей родине и просил Всевышнего возвратить его к родному очагу: «Боже! Хоть в камень ты меня преврати /Но не оставь, /Не возвратив к родному очагу, /Возврати к моим горам». Но не суждено ему было, как и тысячам других, увидеть свой очаг. Как пишет балкарский писатель, драматург и литературовед Алим Теппев, в трагедии «Тяжкий путь», посвященной Кязиму Мечиеву, поэту не удалось увидеть свою родину, он умер в Казахстане в 1945 году. Рядом с ним в день его смерти находился его ученик, великий Кайсын Кулиев, который тоже мечтал о родине и писал: «Но нет, Кавказ, тебя мы не забыли. /Мы там тебя еще сильней любили. /Как жаль, что очень многие из нас /До возвращения так и не дожили». Многими стихами представлен в сборнике поэт Башир Тимурзиев, в сердце которого не угасает боль перенесённого, она вновь и вновь заставляет его взяться за перо и возвратиться к воспоминаниям. «Горечь тяжких лет. \В памяти жива…» - пишет поэт в стихотворении «Жернова». А вот и мародеры на подводах, стаями /Прибыли к селеньям, чтоб довершить весь крах»…, - пишет поэт Тимур Кодзоев в стихотворении «Орел – птица бога»…, повествуя о нелюдях, наживавшихся на чужом горе, после того как «февральским страшным днём» изгнали из своих домов ингушский народ.             В  сборник также включены стихи и поэмы авторов, которые родились после депортации народа и после возвращения из ссылки. Это в основном стихи и поэмы, написанные в годы демократизации общества конца 80-х годов XX века и начала XX1 века.             В 2013 году Ваха Хамхоев пишет стихотворение «Мехка бала», которое он посвятил 70-летию депортации вайнахского народа. «Йолх, йолх ц1ермашенаш. Малхбоале йолх!  /(Берий махьарч, истий тувжар хоз). Шоай /Даьле ба-кх, цар т1а баг1арий болх! (К1антий, къонахий йищ еха хьувз)». Так описывает автор начало чудовищного акта выселения ингушского народа, когда «Есть приговор, но нет вины» (Р. Албаков – Маьршхи).             В сборник включено стихотворение «Кокчетавский перрон» Якуба Патиева, в строках в словах, которого звучат слова гнева в адрес тирана «Что в тепле и уюте в Кремле восседал, /Что на долгие годы, внедряя обман, /Души целых народов навек остужал».             Среди стихов молодых поэтов мне хочется отметить стихотворение «Ляча» («Сокол») Поэта Бадрудина Горчханова, который хорошо владеет родным языком. Оно не большое по объему, но талантливое по содержанию. В нем каждая выверенная автором строка дает повод не к поверхностному чтению, а вдумчивому прочтению этих стихов.             Читая книгу «Бехке доаца кхаьра», читатель познакомится с произведениями и других авторов. Это такие имена как Мусса Аушев, Зейнап Албогачиева, Хожбауди Борхаджиев, Эсет Газдиева, Молтхан Бузуртанова, Борис Гамботов, Макка Дударова, Хадижат Долгиева, Станислав Данилов, Юнус Евлоев, Лариса Евлоева-Ялхароева, Марет Картоева, Аслан Кодзоев, Нурдин Кодзоев, Ашат Кодзоева, Малика Оздоева, Пятимат Оздоева, Хусейн Плиев, Мадина Саутиева, Якуб Тачиев, Джамалдин Урусханов, Жимсари Хамхоева, Руслан Цечоев, И. Чинхоева и многие, многие другие имена. Произведения этих авторов являются ярким примером той жизни того времени. «Тринадцать лет безумной ссылки, /Как память этих горьких лет», – пишет Изабелла Мержоева в стихотворении «О чем грустишь, моя родная». В книгу «Невиновная среда» включены и авторы, народы которых не были подвергнуты депортации. Это люди с глубоким чувством сопереживания, которые не могли не откликнуться на горе, гибель и страдания высланных народов. Один из первых, кто с сочувствием отнесся к трагедии ингушей и чеченцев, кто мужественно сказал об этом, был выдающийся советский композитор, лауреат государственной премии СССР, Вано Мурадели. В 1947 году, когда было наложено табу на упоминание об этих народах, он написал оперу «Великая дружба», за которую пострадал. Опера была запрещена. В произведении Вано Мурадели «Проклятие и надежда» открыто и гневно звучат слова в адрес Сталина: «Судьбою проклят тот злодей, /Кто гнал чеченцев, ингушей /В чужие дальние края, /Коварный замысел тая… /Когда в горах вражду ковал, /Он не случайно осетин /В ингушские дома вселил…». И далее в своем произведении, он вопрошает: «А мы, где были мы, /Кавказа горные сыны, /Потомки славной старины, /Когда из мглы степной равнины /К родным горам тянулись руки /Их стариков в предсмертной муке?!» Именно таким людям, как Вано Мурадели, посвящены строки из стихотворения «Когда мы вернемся» поэтессы из Черкесии Лили Буджуровой: «Когда мы вернемся, поклонимся в пояс /Тому, кто хранит еще память и совесть, /Кто нашим тиранам не пел аллилуйю…» В сборнике опубликовано и давно известное ингушам стихотворение великого казахского поэта, публициста, ученого и общественного деятеля Олжаса Сулейменова «Дикое поле», в котором есть такая строка «О, ингуш, мою землю прости!» Здесь вы встретите стихотворение «Кавказ», в котором звучат такие строки: «Но преступление и ложь, /Я видел входят в мир /С той легкостью, с какою нож /В овечий входит сыр». Эти слова принадлежат русскому советскому поэту Семену Липкину, который известен читателю повестью «Декада». Эта повесть – воспоминание о трагедии высланных народов в годы Сталинщины. В книге также представлены стихи и переводы известного русского поэта Игоря Ляпина. Ему принадлежат стихи, как посвященные теме депортации ингушского народа, так и событиям 1992 года. Когда эфир и СМИ без стыда лгали об ингушах, а прихвостни власти им вторили, смелый голос настоящего русского поэта Игоря Ляпина звучал как чистый родник, среди болотной грязи, лжи и лицемерия. Его сейчас с нами нет. Его не стало в 2005 году, но в памяти ингушского народа он остался навсегда, как и эти поэтические строки из его стихотворения «Исповедь ингуша»: «Будет мор в Казахстане буранном, /Неприкаянность, драки, тоска, /И клеймо выселения шрамом /Запечется пониже виска». Вайнахский народ, как и другие народы, подвергшиеся репрессиям, стоически перенесли все невзгоды, которые обрушила на них Советская власть. Власть, при которой звучали лозунги и песни о дружбе и братстве между народами, делила их по своему усмотрению, по своей прихоти. Одних из них относила к своим, как пелось в песне «где так вольно дышит человек», а других – к «врагам народа», которых она вольна душила.             Ингуши, которые храбро сражались за Родину, «Сражались, жизни не жалея, /В окопах фронта те бойцы, /Которым в спину нож вонзили /Просто за то, что ингуши» (Олеся Оздоева). В ингушской скороговорке говорится: «Ослабнув духом, ослабнешь телом». Власть на местах старалась низвести дух репрессированных народов, пытаясь убить «свободу, что в сердце у горца живет». «Самое страшное – моральный надлом /Пыталась сделать власть с ингушом», - это строки из стихотворения «Мы не забудем те грозные годы» Вахи Оздоева. «Права нет у меня ни на мысль, ни на мненье, /Не воззвать ни к Аллаху, ни к власти земной. /Ни проститься с умершим в соседнем селенье, /Ни проехать на рынок в поселок иной», - пишет поэт из Карачая Азамат Суюнчев в стихотворении «Надежда». «Но не сломают нас страшные грозы, /И не остудят сыновней любви, /Душу народа нельзя заморозить, /Если живет благородство в крови» (Багаудин Плиев). Верой в дух ингушского народа звучат строки из стихотворения «Баллада о выселении» поэтессы Раисы Дидиговой: «Не обречен ты на исчезновенье, /Крепится в безысходности твой дух! /Не допусти раскола... К возрожденью! /Вновь обрети извечный мудрый слух!» Стихотворец Иван Гогун, продолжая эту тему в стихотворении «Февраль, 1944-й», восклицает: «Какой высокий дух был нужен, /Чтоб выстояли гор сыны! /Чтобы пройти все круги ада: /Чужбину, /Голод, /Мор, /Пески… /И по 13 лет на брата /Всеиссушающей тоски». Известный чеченский поэт Умар Ярычев в стихотворение «Мост – выселенье» подчеркивает: «Мы столько без причины были биты…  /Не счесть ни жертв, ни перебитых крыл… /И в пятьдесят шестом Хрущев Никита /Отдушину к свободе нам открыл, /И разрешил вернуться на Отчизну…». А в стихотворении «Мы верили: придет заветный час», которое он посвятил чеченцам и ингушам, не дожившим до возвращения на Родину, он пишет: «Шел эшелон и всех  живых… к родимой  /Земле, к могилам наших предков вез, /И виды повидавшие мужчины  /Не утирали набегавших слез». «Кавказ великий! Колыбель моя! /К тебе под кров вернулись сыновья. /Вернулись, чтобы жить и умирать, /И край родной из пепла возрождать». – Эти строки из стихотворения «Исповедь. Февраль. 1944» Лейлы Харсиевой полны оптимизма и веры в счастливое будущее своего народа. В сборник «Бехке доаца кхаьра» вошли произведения разных по таланту, разных возрастных категорий людей разных национальностей. Здесь вы познакомитесь со стихами поэтов, известных не только у нас в республике, но и далеко за ее пределами. Сюда включены стихи авторов, хорошо известных, которые уже нашли своего читателя, и стихи авторов, которые ещё делают первые шаги в поэзии и не сильны в стихосложении, стихологии. Но в одном все эти произведения едины – их объединяет тема депортации, боль за свой народ, за те нечеловеческие испытания, что выпали на долю депортированных в годы выселения: «Когда кричит твоя душа навзрыд, /Когда в тисках зубов зажат язык, /Когда в запрете правдивые слова. /Откроешь рот, размолят жернова…» Так это было. Об этом свидетельствует книга «Бехке доаца кхаьра» («Невиновная среда»). Каждое произведение этой книги – это шквал бед, страданий, это крик души, который прорвался наружу. И пусть читатель его услышит. «Прочтите эту книгу: она учит не забывать и не прощать преступлений государства против своих граждан. Иначе все может повториться» (Олжас Сулейменов). Отзыв на книгу «Невиновная среда» хочу закончить строками из стихотворения «Мосты времён» поэта Гапура Бокова: «Мосты времён сегодня сводят, /Чтоб все по совести решить. /Приходят сталины, уходят… / Народ наш жив и будет жить».  

Мария Мадиева



Комментарии


Комментариев пока нет

Добавить комментарий *Имя:


E-mail:


*Комментарий: