smsSMS
phone8 938 014 68 33
mailmagaslife@gmail.com

13 АДАТОВ ИНГУШСКОГО НАРОДА. ИНСТИТУТ ТАМАДЫ

« Назад

25.02.2016 07:13

ИНСТИТУТ ТАМАДЫ
Это главный адат, на котором основаны все
остальные адаты. Если разрушается этот адат, легко
разрушаются все остальные адаты, а с ними – эздел.
Когда не действует этот адат, начинают распростра-
няться сплетни, пустословие, небылицы, что приво-
дит к моральному разложению народа. Если
укрепить институт тамады, то автоматически укреп-
ляются все адаты, что способствует укреплению
народа, его единению.
Этот адат возник в среде ингушей, он существовал
и мог существовать в полном объеме только у ингушей. У
ингушей не может быть князя, но в любом деле бывает
тамада (тхьамада). В наши дни словом «тамада» пользу-
ется половина населения земного шара. Но во всем мире
этим словом пользуются в очень узком смысле, в то время
как в ингушском языке значение этого слова имеет
обширный диапазон.
Ингуши – народ, у которого во всяком деле должен
быть старший, главный, то есть тамада.
Тамада, выбранный за столом, на вечеринке
(«ловзар», «зоахалол» и т.д.), на собрании или на
каком-либо мероприятии, на определенный проме-
жуток времени, является старшим над теми, кто его
выбрал, пока не закончится данное мероприятие.
Тамада является хозяином не над людьми, а хозяи-
ном стола или мероприятия. И пока люди сидят за
этим столом, они беспрекословно выполняют требо-
вания тамады. Обязательно у мужчин бывает свой
тамада – мужчина, а у женщин тамадой может быть
только женщина.
Все ингушские адаты соответствуют установлениям
ислама. Не будет пользы ни от чего, ни от какого адата,
если он не соответствует установлениям ислама.

Пророк (с.а.с.) сказал: «Если несколько человек
встретились, если вы куда-то вместе идете, то выбе-
рите меж собой старшего».
Армейские уставы всех стран мира как будто бы
копируют ингушские адаты. Ингушский народ – это
народ, у которого никогда не было ни князей, ни рабов.
(Осетинский писатель Хаджи-Мурат Мугуев так пишет об
ингушах: «Среди горских племен Северного Кавказа
ингуши являются единственной народностью, у которой
никогда не было никаких сословных разделений. В то
самое время, когда соседние с ними кабардинцы и
осетины имели у себя князей, узденей и алдаров, мало-
численные, но свободолюбивые ингуши не знали над
собой князей и дворян, – легко и просто управляя собою
через совет старейшин ингушского народа». [Мугуев Х-М.
Ингушетия. Очерки. М., 1931. С. 21-22.]).
Там, где есть князья и рабы, там институт тамады
не может существовать. Да он в этой среде и не нужен.
Потому, что место тамады в такой среде всегда занимает
князь. Институт тамады может существовать только у
народа, у которого все люди равны и свободны.
Что собой представляет ингушский институт
тамады? Все ингуши всегда были равны меж собой. Но,
когда два-три или больше человек вместе куда-то идут,
обязательно кто-то должен из них быть старшим – тама-
дой. Даже если они все ровесники – обязательно нужно
выбрать одного старшего, которому все остальные добро-
вольно подчинятся. Но это старшинство – звание тамады
у него сохраняется только на время их путешествия. В
следующий раз они могут выбрать другого тамаду. Без
разрешения тамады никто не может что-то предпринять,
отлучиться, даже сказать что-либо: на любое действие
нужно разрешение тамады. Это сплачивает группу людей
в сильную команду, создает группу единомышленников.
Это исключает ссоры, дрязги, анархию. Группа людей без
тамады может потерпеть поражение в самом простом
деле. Как говорят ингуши: «Стая котов, у которой было

согласие, победила стаю волков, у которой не было согла-
сия» («Барт бола циский ординьг барт боацача бертий
ординьгал котъяьнний»).
Поэтому ингушский народ издревле сохранял инсти-
тут тамады, как один из самых ценных своих адатов, как
адат, являющийся стержнем жизни народа. Каждому
народу нужно или иметь князя, или у этого народа
должен быть институт тамады.
И сегодня, где бы ингуши ни собрались: на зерате,
за столом, на работе – обязательно кто-то должен быть
тамадой, а остальные подчиняться ему.
Выбранный тамада несет ответственности за все,
что происходит с той группой людей, которые его
выбрали тамадой. Он не может передать кому-то другому
свою власть. Но, как только мероприятие или какое-то
другое действие, где он был избран тамадой, закончилось,
с него снимаются обязанности тамады. Если он был хоро-
шим тамадой, его могут избрать и в следующий раз, если
плохим- то вряд ли больше его где-либо изберут тамадой.
Человек, которого выбрали тамадой, не может отказаться
от этой почести: хочешь, не хочешь – нужно управлять
группой людей, избравшей тебя.
Когда этот адат (институт тамады) начинает ослабе-
вать, начинаются беспорядки, анархия, что приносит
огромный вред не только отдельному коллективу людей,
но и всему народу в целом.
Сегодня в ингушском народе нет согласия. Одна из
причин этого – в ослаблении института тамады.
Всемирно известный институт тамады он мог
зародиться только в среде ингушей – в среде, где нет и
не было сословий, князей и рабов. Это самый демокра-
тический институт. Таким образом, сама демократия
зародилась в Ингушетии.
И в наши дни от института тамады есть большая
польза и для отдельных людей, и для всего народа. У ингу-
шей часто бывают застолья, связанные с различными
мероприятиями – свадьбой, посещением молодыми

родственниками жениха родственников невесты, посе-
щением дома невесты зятем, приглашением родственни-
ками жениха родственников невесты и т.д. Все эти
мероприятия проходят в строгом соответствии с нормами
эздела и этикета. Само застолье, где обязательно есть
тамада, является школой эздела.
За стол садятся разные люди, часто незнакомые друг
с другом, имеющие различное воспитание, живущие в
различных селениях и городах. Нужно знать, какое место
за столом является местом тамады. За столом место
тамады находится на наибольшем удалении от входной
двери. Место слева от него – место балагура, шутника,
которое называет у ингушей «беж-г1анд», что означает
буквально «стул или место козла». Но под словом «козел»
подразумевается «шут, шутник». Это обычай очень древ-
ний и связан с культом козла, существовавшим у ингушей
в далекой древности.
В языческие времена у ингушей существовал культ
козла. В праздники некоторые молодые люди изображали
козлов. Профессор И.А. Дахкильгов пишет по этому поводу:
«На новый год, при проведении игр типа русских колядок,
среди молодежи было принято шубы, полушубки одевать
наизнанку. Такое ряжение делалось под козла. При этом
молодежь слегка подпрыгивала, издавала звуки, похожие на
козлиное блеяние, то есть, имитировала козлов» [Дахкильгов
И.А. Древнеингушский культ пастушьего божества // Совре-
менные походы и исследования проблем истории и языка
ингушского народа. Республиканская научная конференция.
Сб. тезисов. Магас, 2002. С. 21]. Таких ряженых принимали
за шутов... Когда говорят «беж гIанд» – «стул козла», имеется
ввиду «стул шутника / шута». В то время, как все находив-
шиеся за столом не имели права говорить, вставать из-за
стола без разрешения тамады (нарушившего это запрет
ожидал штраф от тамады), то севший на стул «беж гIанд»,
имел право говорить без разрешения тамады, высмеивать
всех сидящих за столом, шутить, и никто не имел права на
него обижаться, то есть за столом он исполнял роль шута.

При дворах европейских правителей правящих
династий в недавнем прошлом при себе имелись шуты,
которые также располагались слева от монархов. Евро-
пейские шуты, как и ингушские «шуты / шутники», зани-
мавшие место слева от тамады (своеобразного правителя
за столом), также, не боясь за последствия, могли гово-
рить правду королю, высмеивать придворных, шутить.
Роли шутов обычно исполняли люди очень умные. И стул
«беж гIанд» у ингушей занимали люди неглупые, остро-
умные, умеющие лучше других шутить и веселить сидя-
щих за столом». [Кодзоев Н.Д. Об одном застольном
обряде ингушей и амазонках // Международная научная
конференция «Археология, этнология, фольклористика
Кавказа»: Сборник кратких содержаний докладов.
Тбилиси-Гори-Батуми. 27-30 сентября 2010 г. Тбилиси,
2011].
Нужно знать, кого посадить на место тамады, на место
«беж-г1анд», на место справа от тамады – второе по
почетности место, после места тамады, и на другие места.
На почетные места сажают по степени родства. Самыми
почетными являются родственники со стороны бабушки
по отцу, бабушки по матери, матери, супруги. Потом
сажают людей по степени отдаленности родства: на более
почетные места – более дальние родственники, соседи,
представители не твоего рода. Близкие родственники
хозяина, представители его рода садятся ближе к входной
двери – на наименее почетные места. Каждый человек
сам знает, куда он может сесть, а куда он не может сесть.
На более почетные места предлагают пройти, а менее
почетные места, те кто должен занять эти места, сами
занимают. Когда им предлагают пройти на более почет-
ные места, они отказываются, потому что знают, кто
должен сидеть на этих местах и где должны сидеть они
сами. Таким образом, на каждое место за столом люди
посажены не случайно: каждый из них занимает свое
место в соответствии со своим статусом в этом доме. На
место тамады сажают наиболее почетного гостя. И пока

мероприятие, на которое люди собрались, не закончится,
тамада является полноправным правителем за этим
столом. Без его разрешения никто не сможет слова
сказать, встать из-за стола. Тамада должен следить за
столом, чтобы все сидящие за столом были довольны им,
чтобы обслуживали на высшем уровне. Первым к еде
приступает тамада, и последним должен закончить он.
Чтобы кто-то из-за него раньше времени не перестал есть,
тамада, даже если не желает есть, продолжает делать вид,
как будто бы ест.
Часто, когда за одним столом встречаются началь-
ник и подчиненный, то, в соответствии с вышесказан-
ным, получается так, что подчиненный сидит на более
почетном месте или на месте тамады. Это подчеркивает
демократизм ингушского стола, отсутствие раболепия и
чинопочитания: из-за того, что у ингушского народа
никогда не было сословий, князей и рабов. Этот институт
показывает, что ингуши равны между собой, являются
рабами только Аллаха.
За столом ведется разговор. Первым слово берет
тамада. Потом дает слово каждому желающему. Моло-
дежь и более близкие родственники, сидящие ближе к
входным дверям, уступают очередь разговора более
почетным гостям и больше слушают, чем говорят, не
включаясь в разговор без острой необходимости.
Когда кто-то начинает говорить, все его слушают.
Нельзя встревать в разговор, перебивать. Кто встрянет
или перебьет говорящего, тот будет оштрафован тама-
дой. Но также и слишком долго говорить по этикету
тоже не положено. Запрещается вести пустой разговор,
в котором нет никакого назидания, никакой пользы
для тех, кто слушает. Когда говоривший заканчивает
свою речь, все выжидают некоторое время, потому что,
возможно, он может еще что-то добавить. Если он
ничего не добавляет, слово берет с разрешения тамады
кто-то другой. И, как уже было сказано выше, лишь
тот, кто сидит слева от тамады (на так называемом

«беж-г1анде»), может говорить без очереди, перебивать,
шутить, веселить компанию и, если невзначай, за
столом начинает возникать спор, способный привести
к ссоре, он может двумя-тремя ёмкими словами зату-
шить этот спор, удачно перевести его в шутку.
За столом не положено вести споры. Разговор
ведется степенно, без торопливости. Следующий говоря-
щий может что-то добавить к тому, что сказал предыду-
щий, или немного подправить, но очень учтиво, чтобы
никакой тени обиды не было за столом. Вообще институт
тамады – это школа риторики, ораторства, дипломатии,
умения вести светские беседы, умения слушать и вычле-
нять из разговора самое главное.
Как правило, говорящие развивают одну и ту же
тему, которая должна быть уместной, интересной, из
которой можно получить какую-то мудрость, пользу.
Таким образом, коллективный ум приводит всех сидящих
за столом к единому мнению по поднятому вопросу.
В наши дни не всегда соблюдаются правила поведе-
ния за общим столом. Каждый за столом имеет свое,
отличное от других, мнение. Почему? Потому, что многие
отвыкли сидеть за столом с тамадой, внимательно
слушать и слышать. Часто избирается тамада, который
не умеет вести стол. Компания за столом иногда распада-
ется на мелкие группы, в которых ведутся свои разго-
воры. Переходят к сплетням, к «женским» разговорам,
иногда – к откровенной лжи. Это недостойные разговоры,
недостойное поведение за столом.
Существование института тамады способствует
тому, что человек становится самокритичным, подталки-
вает его к самообучению и самосовершенствованию,
прививает ответственность перед обществом.

  Автор: Идрис Абадиев

Магас лайф



Комментарии


Комментариев пока нет

Добавить комментарий *Имя:


E-mail:


*Комментарий: